Атака Титанов: жажда свободы

Девятилетний Эрен прижимает бинокль к глазам так сильно, что пальцы начинают дрожать. В линзах отражается далекая база Фанджи — серые ангары, взлетные полосы, фигурки солдат, которые кажутся муравьями. Где-то там, в одном из грузовиков, едет Армин. — Когда начинаем? — голос Микасы звучит тихо, но в нем нет и тени сомнения. Эрен опускает...

Девятилетний Эрен прижимает бинокль к глазам так сильно, что пальцы начинают дрожать. В линзах отражается далекая база Фанджи — серые ангары, взлетные полосы, фигурки солдат, которые кажутся муравьями. Где-то там, в одном из грузовиков, едет Армин. — Когда начинаем? — голос Микасы звучит тихо, но в нем нет и тени сомнения. Эрен опускает бинокль. Ветер треплет его темные волосы, и он чувствует, как шрам на лице начинает зудеть — старая рана всегда напоминает о себе перед боем. — Как только Армин и Бертольд подадут сигнал, — отвечает он, не отрывая взгляда от горизонта. В грузовике темно и душно. Армин сидит среди других пленных, прижимая колени к груди. Он чувствует, как машина замедляется, и его сердце пропускает удар. Где-то рядом — склад оружия. Он видит его сквозь щель в борту: серые стены, охрана у входа. Идеальное место. Армин смотрит на мальчика напротив — тот не старше его, с испуганными глазами. Ему жаль. По-настоящему жаль. Но у него нет выбора. Он чувствует, как по телу пробегает искра, как кожа начинает светиться изнутри. Командор Капли стоит на наблюдательной вышке, приложив к глазам бинокль. Он видит базу Фанджи вдалеке — и вдруг два ослепительных взрыва разрывают тишину. Огненные столбы взметаются к небу, и из них поднимаются две гигантские фигуры. Шестьдесят метров плоти и костей. Колоссальные титаны. Эрен видит их. Его губы растягиваются в хищной улыбке. — Пора. Микаса поднимает руку. В воздух взлетает сигнальная ракета, и по всей линии обороны вспыхивают новые молнии. Одна за другой. Эрен чувствует, как его тело начинает меняться — плоть наливается жаром, кости трещат, мир сжимается и расширяется одновременно. Он становится больше. Сильнее. Пятнадцать метров мышц и ярости. Рядом с ним поднимается Микаса — чуть ниже, четырнадцать метров, но такая же стремительная и смертоносная. Они смотрят на базу, где уже началась паника. Солдаты бегут, кричат, пытаются занять оборону. Но слишком поздно. Эрен делает первый шаг. Земля дрожит под его ногами. Он бежит. Ветер ревет в ушах. Впереди — враги, стены, оружие. Но главное — там Армин. И Бертольд. И их план. Он не остановится, пока каждый, кто держал их в клетке, не узнает, что такое настоящая свобода.

Земля содрогается под ногами Эрена. Каждый его шаг оставляет глубокие вмятины в почве, и он чувствует, как ярость пульсирует в каждой клетке его титаньего тела. Впереди — база Фанджи, охваченная хаосом. Солдаты внизу мечутся, как муравьи, чей муравейник разворотили гигантской лопатой. Крики разносятся над полем: — Титаны! Титаны атакуют...

Земля содрогается под ногами Эрена. Каждый его шаг оставляет глубокие вмятины в почве, и он чувствует, как ярость пульсирует в каждой клетке его титаньего тела. Впереди — база Фанджи, охваченная хаосом. Солдаты внизу мечутся, как муравьи, чей муравейник разворотили гигантской лопатой. Крики разносятся над полем: — Титаны! Титаны атакуют! — Откуда они взялись?! — В укрытие! Всем в укрытие! Но укрытия не спасут. Эрен видит танки — тяжелые машины, выстроившиеся в ряд у восточного ангара. Солдаты пытаются занять позиции, зарядить орудия, но время играет против них. Эрен бросается вперед. Первый танк встречает его кулак — пятнадцать метров сталистой плоти обрушиваются на броню. Металл вминается, как фольга. Взрыв топлива и боеприпасов разбрасывает обломки в стороны, и Эрен уже разворачивается ко второму, третьему, четвертому. Удар — и еще одна машина превращается в груду искореженного металла. Еще удар — и еще. Где-то далеко, в безопасном бункере, военная верхушка Марли следит за происходящим через экраны передатчиков. Генерал, седой мужчина с тяжелым взглядом, разворачивает досье и начинает говорить, не отрывая глаз от изображения: — Эрен Йегер. Атакующий Титан. Пятнадцать метров. В два раза сильнее обычного титана, отличная реакция и скорость. Способность к укреплению плоти в критический момент. Он поднимает взгляд на экран, где Эрен разносит очередной танк. — Опасный экземпляр. В этот момент с противоположного фланга раздается оглушительный выстрел. Противотитановая пушка, установленная на крыше центрального ангара, посылает снаряд прямо в плечо Эрена. Удар такой силы, что его титанье тело пошатывается. Из раны хлещет пар, и Эрен чувствует жгучую боль, пронзающую плечо. Но прежде чем он успевает среагировать, рядом возникает Микаса. Ее титанья нога описывает дугу и сносит пушку вместе с куском крыши. Металл и бетон летят во все стороны. А затем она опускается рядом с Эреном, и ее рука начинает светиться зелеными молниями. Тепло разливается по его ране, плоть восстанавливается, срастается. Генерал в бункере перелистывает страницу. — Микаса Акерман. Четырнадцать метров. Быстрая, стремительная. Лучший воин за последние сто лет истории Марли. Укрепление, скорость, сила. И способность исцелять других на поле боя. Он качает головой. — Идеальный солдат. Третий экран показывает фигуру Армина. Колоссальный Титан возвышается над складом оружия, и его кожа все еще светится жаром после трансформации. Генерал берет следующее досье. — Армин Адлер. Физические данные средние. Но стратегический ум и Колоссальный Титан делают его опасным противником. Огромная мощь плюс тактическое мышление. Армин смотрит вниз. Под его ногами — руины. Люди бегут, падают, некоторые не поднимаются. Он видит тела — солдаты, охранники, те самые пленные, с которыми он ехал в грузовике. Теперь они лежат неподвижно, засыпанные обломками. Ему это надоело. Бесконечные войны, смерти, разрушения. Он устал чувствовать вину за то, что не может контролировать. Но выбора нет. Он здесь. Он — оружие. И он будет делать то, для чего его создали. Эрен поднимается на ноги, чувствуя, как плечо зажило. Он смотрит на Микасу, и она кивает в ответ. Впереди — главный ангар. Там — командование базы. Они бегут дальше.

Генерал Капли медленно переворачивает страницу, и его пальцы замирают на мгновение, когда он видит следующее имя. Он поднимает взгляд на экран, где среди хаоса выделяется массивная фигура, движущаяся с неестественной для своих размеров уверенностью. — Райнер Браун. Бронированный Титан. — Голос генерала звучит ровно, почти уважительно. — ...

Генерал Капли медленно переворачивает страницу, и его пальцы замирают на мгновение, когда он видит следующее имя. Он поднимает взгляд на экран, где среди хаоса выделяется массивная фигура, движущаяся с неестественной для своих размеров уверенностью. — Райнер Браун. Бронированный Титан. — Голос генерала звучит ровно, почти уважительно. — Терпелив и решителен. Идеальный щит для команды. На экране Райнер уже не просто стоит — он движется к линии обороны, где пулеметные гнезда изрыгают свинец в сторону наступающих титанов. Пули рикошетят от его бронированной шкуры, высекая искры, но не оставляя даже царапин. Он поднимает массивную руку и обрушивает ее на первую огневую точку — пулемет замолкает, погребенный под тоннами титаньей плоти. Второй удар, третий. Райнер работает методично, прикрывая спиной Энни, которая скользит в тени его корпуса. Генерал открывает следующую папку. — Энни Леонхарт. — Он качает головой, изучая данные. — Женская особь. В боевых навыках не уступает Микасе Акерман. Решительная и сильная. Но есть отличие. На экране Энни выходит из-за спины Райнера. Она смотрит на скопление солдат, пытающихся перегруппироваться у южной башни, и делает глубокий вдох. Ее титанья грудь расширяется, челюсть раскрывается — и из горла вырывается оглушительный крик. Звуковая волна расходится концентрическими кругами, видимая глазу как дрожание воздуха. Солдаты падают, зажимая уши, некоторые теряют сознание от одного лишь давления. Башня, стоявшая рядом, начинает вибрировать, и Энни использует момент — ее нога взлетает вверх, снося конструкцию вместе с установленной на ней пушкой. Обломки дождем сыплются на землю. — Способна выпускать мощные звуковые волны, — заканчивает генерал, закрывая папку. — Эффективно. Он тянется к следующей, и на экране появляется знакомая фигура — шестьдесят метров стали и пара, возвышающиеся над ангарами. — Бертольд Гувер. — Генерал пробегает глазами по строкам. — Хорошие показатели. Колоссальный Титан. Терпеливый и расчетливый. Как и с Адлером, это делает его крайне опасным. Бертольд делает шаг вперед, и земля дрожит. Его рука, массивная, как ствол векового дерева, опускается на ангар, где укрываются линкоры Фанджи. Металл трещит, рвется, и корабли, гордость флота, превращаются в груду искореженных обломков под весом титана. Генерал берет последнюю папку, и на его лице появляется тень усталости. Он открывает ее, и два имени бросаются в глаза. — Порко и Марсель Галльярды. Титаны Челюсти. Он поднимает взгляд на экран, где две стремительные фигуры уже ворвались на поле боя. Они не идут — они летят, оставляя за собой полосы разорванной земли. Их челюсти, огромные и острые, смыкаются на стволах стоячих пушек, перекусывая металл, как сухие ветки. Порко, яростный и стремительный, разрывает одну установку за другой, не останавливаясь ни на секунду. Марсель, расчетливый и терпеливый, двигается чуть позади, прикрывая брата и добивая то, что тот пропускает. — Огромная скорость, — читает генерал. — Зубы и когти, способные уничтожить даже самый крепкий материал. Порко — ярость и стремительность. Марсель — расчет и терпение. Он лидер воинов на миссиях, если рядом нет генералов Марли. Он закрывает папку и смотрит на экраны, где пять титанов продолжают уничтожать базу Фанджи. Земля горит, небо затянуто дымом, и крики тонущих в хаосе солдат разносятся над равниной.